masha (masha) wrote,
masha
masha

Искала на яндексе какую-то старую ссылку свою - нашла там про себя до фига. Я даже не думала. Отметилась за 4 года, получается, под железной эгидой товарищей.
Нашла на политру у Ромы Лейбова свой прошлогодний текст. Хороший, мне нравится.

"Bonus track: Маша Нестерова о эндокринологии

А.Р. Палей вдохновил ... М. Нестерову на целиком
приведенный ниже мемуар, политически некорректный и содержащий нехорошее слово (r_l).
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------

Я не знаю точно, что такое гипофиз. И не уверена, что хочу, пока есть
такая возможность.

Сегодня в автобусе видела чудо - бородатую женщину. Красивая, похожая на
ешиботника девушка, решающая какой-то трактат, волосы заколоты
крокодиловыми гребнями, слегка растут на щеках, глаза похожи на маслины,
крупные пухлые губы - очень красивая и сексуальная, - и борода -
небольшая такая, брить не надо - ничего не портит. Андрогин и есть, а на
шее - сухие, крупные, нанизанные в пять рядов ягоды со Святой Горы. Ума
не приложу, кому она молится. Даже боюсь предположить.

Решала трактат, решила, посмотрела мне прямо в глаза, дернула за веревку
звонка, водитель двери открыл - и она вышла - и вошла в здание факультета
Биотехнологий. Можно было догадаться.


Я огляделась по сторонам. В метре от меня в коляске сидел мальчик,
похожий на статическую инсталляцию из кривых карандашей. Могло ему быть
лет 14, а могло и годочков 40. Разницы нет. Да вы сами подумайте. Был он
так искорежен, что в кресле своем навороченном, с выхлопной трубой,
сидел, не подымая головы и верхней части туловища, как двоечник, который
спит за партой. Вместо парты у него была такая дощечка, столик такой, как
в тюрьме бывает - и он на нем лежал щекой. А чтобы ему не было обидно,
чтобы не разъедала его душу нехристианская зависть, потому, что остальные
Американцы в Небо смотрят, не опуская даже глаз - так они ему эту дощечку
покрасили в виде голубого неба с проплывающими облаками, в точности, как
на экране бывает, когда Windows начинались. Я думаю, это они и были,
онтологически говоря.

Открылись двери на остановке, между старым кладбищем Воскресения из Гроба
и старым кладбищем Кавалерии. Вошел третий. Этого вел толстый черный
охранник-няня, а смотреть на третьего было уже и совсем невозможно. Это
был шоколадный негритянский мальчик со школьным рюкзаком, негр как раз
настолько, чтобы можно было дать ему паспорт, потому, что паспорта обычно
дают людям. Он тоже был похож на конструкцию из кривых карандашей, но
динамическую. Самым страшным было то, что кто-то двумя курсорами потянул
его одновременно за подбородок и макушку головы назад, сместив ему точку
сборки, и от этого он стал похож на орла, с аристократическим длинным
клювом - и вот этот, третий, никак не хотел угомониться. Он счастливо
клокотал, он не мог стоять, и сидеть, вообще, перемещался как ниндзя,
скрадывая пространство, и все время норовил обнять своего вертухая, и
ржал у него на груди, и замирал там, и выбрасывал в воздух конечности,
как картофельные отростки, а охранник, мягко так, поддавал ему пенделей,
и норовил угомонить, тихо так, типа, сиди тихо, а то пиздюлей...

Рядом сидел слоноподобный и ел страшный бутерброд с курицей - и я
вспомнила, как на кулаках, и загривках, аж до лопаток, и на страшных
амфороподобных икрах австралийских студентов-любителей chicken-treat
растут густые недетские волосы, не похожие даже и на шерсть кенгуру.

Вы не понимаете!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments